ГЕНРИХ ФОН АЙНЗИНДЕЛЬ ДНЕВНИК ПЛЕНКОЙ ЛЕТЧИКА СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Я снова ринулся в атаку, до русского снова было 90, 80, 60, 40 метров, но мои пушки молчали. Перейти на страницу книги «Дневник пленного немецкого летчика. После потери Украины, Белоруссии, Прибалтики, Донбасса и других областей у нас стало намного меньше территории, стало быть, намного меньше и людей, хлеба, металла, заводов, фабрик. Почему для военнопленных не предусмотрено почтового сообщения? Я и не думал, что мне удастся попасть в тон тому, что вот уже несколько лет внушала людям официальная советская пропаганда. Наконец мне удалось расстегнуть ремень с кобурой пистолета, и я вручил его первому же подошедшему русскому. Но после наведения дополнительных справок подтвердилось, что цифра была правильной.

Добавил: Taugore
Размер: 68.69 Mb
Скачали: 2089
Формат: ZIP архив

Я покажу тебе схему того боя, там же есть последние данные о положении на фронте.

Предисловие

Вместе с рассветным солнцем пришло тепло, желание жить дальше и освежающий сон. Но, как оказалось, я совсем недооценил того пилота. Не могла ли Германия найти какой-либо другой путь для преодоления кризиса — годов, вместо того чтобы пытаться получить политическое могущество силой оружия?

Вечером наш старый командир эскадры Лютцов нас покинул. Наши противники думали о нас примерно так же, как и мы о. Вчера 23 августакогда немецкие воздушные йанзиндель обрушили свой первый дневной массированный удар на Сталинград, над городом не было ни одного русского самолета.

Генрих Айнзидель — Дневник пленного немецкого летчика. Сражаясь на стороне врага. — стр 1

У нас нет другого выхода. Ироническая улыбка, появившаяся после этого на лице толстяка, сводила меня с ума. А вы потеряли сорок аунзиндель и истребителей. Там почти настолько же сократилось производство и выросла безработица, как и у. А были еще танки 4-й танковой армии, наносившей в конце августа удар по Сталинграду с юга.

  ИГГУЛЬДЕН КОНН ПЕНТАЛОГИЯ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Дневник пленного немецкого летчика. сражаясь на стороне врага. 1942-1948

Надо упорно, до последней капли крови, защищать каждую позицию, каждый метр советской территории, цепляться за каждый клочок советской земли и отстаивать его до последней возможности. Когда я отказался назвать номер своей авиагруппы, они обрушились на меня сйнзиндель кулаками и били дубинками. На дневнпк напротив меня развалился летчик, который смотрел на меня, не отрывая взгляда.

Я заявил, что считаю, что Германия проиграет эту войну и что предупреждение Бисмарка относительно войны с Россией снова подтвердилось. Всем самолетам покинуть аэродром!

Book: Дневник пленного немецкого летчика. Сражаясь на стороне врага.

Наверное, стоило организовать здесь революцию, чтобы создать новую элиту, настоящий класс вождей. В 60 метрах от меня вел свою машину молоденький унтер-офицер. Ради Гиммлера или Лея? И тогда он сам нарушил молчание:. Массированная атака на Тусов, массированная атака на Тусов! Недостижимая, как загадочный храм Верховной в древних Альских г Даже здесь, в лагере, немногие высказывали свое недовольство диктатором, даже перед лицом того, что испытали на собственном опыте. Я не пленвой ответить, и мне вдруг стало понятно, что я никогда не знал ответа на этот вопрос.

  БЕАТРИС СМОЛЛ КОЛДУНЬЯ ИЗ БЕЛЬМАИРА СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Хотел бы летчмка знать, действительно ли лейтенанты в русских ВВС были более начитанными? Немцы сражаются за Германию, русские — за Россию, англичане — за свою империю.

Но когда нам вдруг поступил приказ вновь развернуться, на этот раз на Сталинград, и нашу сухопутную группировку поспешно разделили на три части видимо, все же на две части: К зиме оно упало до одного к тридцати, а в последние четыре месяца, после того как мы снова появились на фронте, оно вновь поднялось до одного к сорока. Таким теперь должен быть наш главный призыв.

Please turn JavaScript on and reload the page.

Каждый шаг в условиях холодной и влажной русской зимы был настоящей пыткой для военнопленных в пденкой тонких ветхих мундирах. Вежливо и корректно, почти дружелюбно он пригласил меня в дом.

Много ли таких у Советов?

Мне было двадцать один год, из них три года я находился на военной службе. Сам я не знал, как на них ответить.

Наконец русских оттеснили .